Ползущий камень в Долине Смерти
Как этот камень оказался посреди такой странной местности? Одно из самых необычных мест на Земле — это Долина Смерти в американском штате Калифорния. Здесь находится бассейн пересохшего озера Рейсрек-Плайа, который имеет чрезвычайно плоскую поверхность за исключением нескольких больших камней, один из которых вы видите на фотографии. Конечно, структура таких бассейнов, как Рейстрек-Плайа, поражает, но не с научной точки зрения: подобная поверхность получается за счёт потоков жидкой грязи после сильного ливня, которая потом засыхает и трескается. Однако жизнеспособная научная гипотеза о том, как 300-килограммовые ползущие камни оказались в центре такой плоской поверхности, появилась только недавно. К сожалению, как это часто бывает в науке, у сюрреалистической загадки вполне земной ответ. Оказывается, сильные ветра, дующие после дождя, могут сдвинуть даже тяжёлые камни и протащить их по всё ещё скользкой грязи.
Можно ли воспитать идеальную жену? Попытки ведутся, наверное, с начала плейстоцена, но мало кто относился к этому делу так серьезно, как британский писатель Томас Дей в 18 веке. Был он богачом и последователем Руссо. С личной жизнью у него не ладилось – несколько женщин отвергли его предложения руки и сердца. Тогда он решил, пользуясь педагогическими рекомендациями своего кумира, воспитать себе совершенную супругу. Он взял из приюта двух девочек 11 и 12 лет (двух – чтобы удвоить шансы на успех), назвал их Сабриной и Лукрецией, и отвез во Францию, где в изоляции от пагубного воздействия несовершенного мира, принялся делать из них идеальных дам.
Строгое воспитание по Руссо не привело к успеху. Девочки ссорились, дразнили его, а Лукреция вдобавок оказалась глуповатой. Дей сосредоточил свои усилия на Сабрине. Она тоже не оправдала надежд: вскрикивала, когда он палил из револьвера, и вздрагивала, когда капал на ее руки сургучом (такие вот суровые методы воспитания). От затеи пришлось отказаться.
В конечном итоге он все–таки женился на 25–летней девушке. Жену он держал в строгости и также донимал своими экспериментами. Та порой плакала, но предпочитала не роптать, что еще больше убеждало его в правильности педагогической линии. Увы, долго наслаждаться узами брака ему не довелось. Вздумав опробовать свой педагогический талант не только на людях, он взялся объездить лошадь. Лошадь – не женщина. Скинула его, отчего он и умер, оставив жене свое состояние.
А теперь анекдот:
Мораль:
Строгое воспитание по Руссо не привело к успеху. Девочки ссорились, дразнили его, а Лукреция вдобавок оказалась глуповатой. Дей сосредоточил свои усилия на Сабрине. Она тоже не оправдала надежд: вскрикивала, когда он палил из револьвера, и вздрагивала, когда капал на ее руки сургучом (такие вот суровые методы воспитания). От затеи пришлось отказаться.
В конечном итоге он все–таки женился на 25–летней девушке. Жену он держал в строгости и также донимал своими экспериментами. Та порой плакала, но предпочитала не роптать, что еще больше убеждало его в правильности педагогической линии. Увы, долго наслаждаться узами брака ему не довелось. Вздумав опробовать свой педагогический талант не только на людях, он взялся объездить лошадь. Лошадь – не женщина. Скинула его, отчего он и умер, оставив жене свое состояние.
А теперь анекдот:
— Удивляюсь я вам, Луиза. Вы столько лет живете с Биллом и ни разу не ссорились.
— О все просто. Когда мы обвенчались, мой муж посадил меня на повозку и повез на свое ранчо.
Пока мы ехали одна из лошадей споткнулась и он спокойно сказал: «Раз».
Спустя 15 минут, все в той же поездке эта же лошадь споткнулась еще раз и он сказал: «Два».
И уже когда его ранчо было в прямой видимости эта же лошадь споткнулась в третий раз.
Он сказал: «Три» — и пристрелил ее. Я, конечно, начала кричать, закатила истерику, начала жалеть бедное животное…
— И что же?
— И он сказал «Раз».
Мораль:
Леонид Броневой
Прекрасное интервью актера.
До того, как придумали RTS-игры...
Никто не знает, кто и когда придумал игру морской бой, известно только что классическую настольную версию игры выпустил в 1931 году Милтон Брэдли. Существует много версий игры в морской бой — от обыкновенной, на тетрадном листе в клетку, до всеми любимых советских игровых автоматов.
Но самые масштабные игры в морской бой проходили в Древнем Риме и назывались они навмахии — гладиаторские морские сражения. В основном это были реконструкции исторических сражений, но исход битвы зачастую получался иным.
В 46 году до нашей эры Юлий Цезарь приказал вырыть целое озеро на марсовом поле для проведения морской битвы. Эта навмахия собрала 16 галер и 2 000 гладиаторов. С каждым разом навмахии становились все масштабнее и кровопролитнее. Так после убийства Цезаря, император Август приказал вырыть новое озеро, площадью почти 300 квадратных километров, на котором прошел бой с участием 6000 гладиаторов, не считая охраны и гребцов.
Но самую масштабную навмахию устроил император Клавдий в 52 году нашей эры. На озеро Фучино, возле Рима, было спущено по 50 кораблей с каждой стороны. В этом бою участвовало 19 000 гладиаторов, большинство из которых были обречены на смерть. Все, кто смог уцелеть в бою, были отпущены на свободу, за исключением тех, кто намеренно уклонялся от боя. После падения Римской империи навмахии организовывали Генрих II и Наполеон I.
Но самые масштабные игры в морской бой проходили в Древнем Риме и назывались они навмахии — гладиаторские морские сражения. В основном это были реконструкции исторических сражений, но исход битвы зачастую получался иным.
В 46 году до нашей эры Юлий Цезарь приказал вырыть целое озеро на марсовом поле для проведения морской битвы. Эта навмахия собрала 16 галер и 2 000 гладиаторов. С каждым разом навмахии становились все масштабнее и кровопролитнее. Так после убийства Цезаря, император Август приказал вырыть новое озеро, площадью почти 300 квадратных километров, на котором прошел бой с участием 6000 гладиаторов, не считая охраны и гребцов.
Но самую масштабную навмахию устроил император Клавдий в 52 году нашей эры. На озеро Фучино, возле Рима, было спущено по 50 кораблей с каждой стороны. В этом бою участвовало 19 000 гладиаторов, большинство из которых были обречены на смерть. Все, кто смог уцелеть в бою, были отпущены на свободу, за исключением тех, кто намеренно уклонялся от боя. После падения Римской империи навмахии организовывали Генрих II и Наполеон I.
Вальс фа–мажор
В 1848 году 20 летний Лев Толстой, увлекающийся в тот юный период азартными играми, особо страстно увлекся музыкой. Ещё не было написано ни единой строчки в прозе (первая повесть, "Детство", выйдет только через 4 года) но уже родилось первое и единственное музыкальное произведение написанное графом.
Он редко, стесняясь, его исполнял. Его не раз просили записать ноты, но Толстой отказывался.
И вот прошло целых 58 лет, когда во время одного из музыкальных вечеров у Толстого, композитор Танеев и Гольдвейзер немного схитрили. Сначала Гольдвейзер растрогал 78 летнего Толстого своей игрой. Затем все присутствующие стали просить Льва Николаевича сыграть свой вальс, что он со стеснением и исполнил.
По окончании исполнения из комнаты сразу же сосредоточенно выскочил Танеев, он обладал феноменальной музыкальной памятью, и в соседей комнате сразу же записал по памяти "Вальс фа–мажор" Льва Толстого.
Гольденвейзер в своих воспоминаниях писал:
Когда Лев Николаевич слушал музыку, если исполняемое и исполнитель ему нравились, она его очень сильно захватывала. Он иногда не мог даже удержаться и во время исполнения, как–то одобрительно кряхтел, а то даже и вскрикивал: — А–а…
Прослушать или скачать Waltz in F major бесплатно на Простоплеер
Ноты вальса лежат здесь — pdf
Для интересующихся есть небольшая статья "Толстой в музыкальном мире" написанная Л.Сабанеевым
Он редко, стесняясь, его исполнял. Его не раз просили записать ноты, но Толстой отказывался.
И вот прошло целых 58 лет, когда во время одного из музыкальных вечеров у Толстого, композитор Танеев и Гольдвейзер немного схитрили. Сначала Гольдвейзер растрогал 78 летнего Толстого своей игрой. Затем все присутствующие стали просить Льва Николаевича сыграть свой вальс, что он со стеснением и исполнил.
По окончании исполнения из комнаты сразу же сосредоточенно выскочил Танеев, он обладал феноменальной музыкальной памятью, и в соседей комнате сразу же записал по памяти "Вальс фа–мажор" Льва Толстого.
Гольденвейзер в своих воспоминаниях писал:
Когда Лев Николаевич слушал музыку, если исполняемое и исполнитель ему нравились, она его очень сильно захватывала. Он иногда не мог даже удержаться и во время исполнения, как–то одобрительно кряхтел, а то даже и вскрикивал: — А–а…
Прослушать или скачать Waltz in F major бесплатно на Простоплеер
Ноты вальса лежат здесь — pdf
Для интересующихся есть небольшая статья "Толстой в музыкальном мире" написанная Л.Сабанеевым
SDO захватила видео, на котором торнадоподобные извержения супер–горячей плазмы резвятся на поверхности Солнца.
В начале двадцатого века один шотландский фермер возвращался домой и проходил мимо болотистой местности. Вдруг он услышал крики о помощи. Фермер бросился на помощь и увидел мальчика, которого засасывала в свои жуткие бездны болотная жижа. Мальчик пытался выкарабкаться из страшной массы болотной трясины, но каждое его движение приговаривало его к скорой гибели. Мальчик кричал. от отчаяния и страха. Фермер быстро срубил толстый сук, осторожно приблизился и протянул спасительную ветку утопающему. Мальчик выбрался на безопасное место. Его пробивала дрожь, он долго не мог унять слезы, но главное — он был спасен!
— Пойдем ко мне в дом, — предложил ему фермер. — Тебе надо успокоиться, высушиться и согреться.
— Нет–нет, — мальчик покачал головой, — меня папа ждет. Он очень волнуется, наверное.
С благодарностью посмотрев в глаза своему спасителю, мальчик убежал…
Утром, фермер увидел, что к его дому подъехала богатая карета, запряженная роскошными породистыми скакунами. Из кареты вышел богато одетый джентльмен и спросил:
— Это вы вчера спасли жизнь моему сыну?
— Да, я, — ответил фермер.
— Сколько я вам должен?
— Не обижайте меня, господин. Вы мне ничего не должны, потому что я поступил так, как должен был поступить нормальный человек.
— Нет, я не могу оставить это просто так, потому что мой сын мне очень дорог. Назовите любую сумму, — настаивал посетитель.
— Я больше ничего не хочу говорить на эту тему. До свидания. — Фермер повернулся, чтобы уйти. И тут на крыльцо выскочил его сынишка.
— Это ваш сын? — спросил богатый гость.
— Да, — с гордостью ответил фермер, поглаживая мальчика по головке.
— Давайте сделаем так. Я возьму вашего сына с собой в Лондон и оплачу его образование. Если он так же благороден, как и его отец, то ни вы, ни я не будем жалеть об этом решении.
Прошло несколько лет. Сын фермера закончил школу, потом — медицинский университет, и вскоре его имя стало всемирно известно, как имя человека, открывшего пенициллин. Его звали Александр Флемминг
Перед самой войной в одну из богатых Лондонских клиник поступил с тяжелейшей формой воспаления легких сын того самого джентльмена. Как вы думаете, что спасло его жизнь в этот раз? — Да, пенициллин, открытый Александром Флеммингом.
Имя богатого джентльмена, давшего образование Флеммингу, было Рандольф Черчилль. А его сына звали Уинстон Черчилль, который впоследствии стал премьер–министром Англии. Уинстон Черчилль как–то сказал: «Сделанное тобой к тебе же и вернется».
Красивая легенда.
Популярная история о том, что отец Уинстона Черчилля оплачивал образование Флеминга после того, как отец Флеминга спас юного Уинстона от смерти, является легендой. Александр Флеминг в письме своему другу и коллеге Андре Грация описал эту историю как «чудесные сказки». "Я не спасал жизнь Уинстона Черчилля во время Второй мировой войны. Когда Черчилль заболел в Карфагене в Тунисе в 1943 году, он был спасен лордом Мораном, который использовал сульфаниламиды, поскольку он не имел опыта работы с пенициллином.
— Пойдем ко мне в дом, — предложил ему фермер. — Тебе надо успокоиться, высушиться и согреться.
— Нет–нет, — мальчик покачал головой, — меня папа ждет. Он очень волнуется, наверное.
С благодарностью посмотрев в глаза своему спасителю, мальчик убежал…
Утром, фермер увидел, что к его дому подъехала богатая карета, запряженная роскошными породистыми скакунами. Из кареты вышел богато одетый джентльмен и спросил:
— Это вы вчера спасли жизнь моему сыну?
— Да, я, — ответил фермер.
— Сколько я вам должен?
— Не обижайте меня, господин. Вы мне ничего не должны, потому что я поступил так, как должен был поступить нормальный человек.
— Нет, я не могу оставить это просто так, потому что мой сын мне очень дорог. Назовите любую сумму, — настаивал посетитель.
— Я больше ничего не хочу говорить на эту тему. До свидания. — Фермер повернулся, чтобы уйти. И тут на крыльцо выскочил его сынишка.
— Это ваш сын? — спросил богатый гость.
— Да, — с гордостью ответил фермер, поглаживая мальчика по головке.
— Давайте сделаем так. Я возьму вашего сына с собой в Лондон и оплачу его образование. Если он так же благороден, как и его отец, то ни вы, ни я не будем жалеть об этом решении.
Прошло несколько лет. Сын фермера закончил школу, потом — медицинский университет, и вскоре его имя стало всемирно известно, как имя человека, открывшего пенициллин. Его звали Александр Флемминг
Перед самой войной в одну из богатых Лондонских клиник поступил с тяжелейшей формой воспаления легких сын того самого джентльмена. Как вы думаете, что спасло его жизнь в этот раз? — Да, пенициллин, открытый Александром Флеммингом.
Имя богатого джентльмена, давшего образование Флеммингу, было Рандольф Черчилль. А его сына звали Уинстон Черчилль, который впоследствии стал премьер–министром Англии. Уинстон Черчилль как–то сказал: «Сделанное тобой к тебе же и вернется».
Красивая легенда.
Популярная история о том, что отец Уинстона Черчилля оплачивал образование Флеминга после того, как отец Флеминга спас юного Уинстона от смерти, является легендой. Александр Флеминг в письме своему другу и коллеге Андре Грация описал эту историю как «чудесные сказки». "Я не спасал жизнь Уинстона Черчилля во время Второй мировой войны. Когда Черчилль заболел в Карфагене в Тунисе в 1943 году, он был спасен лордом Мораном, который использовал сульфаниламиды, поскольку он не имел опыта работы с пенициллином.
Пилум
На картинке вы видите легионера Римской империи в полном вооружении, и если интуитивно понятно для чего вся амуниция, то копье в правой руке вызывает кучу вопросов, так как оно не похоже на те, что мы видим в легкой атлетике. На самом деле название этому оружию – пилум, тяжелый дротик, который был на вооружении у римской пехоты. Специфическая конструкция этого копья объясняется тем, что оно предназначалось для приведения в негодность защиты противника. Дротик застревал в щите врага, пригибая его к земле, а длинный железный наконечник (около 70 см) не давал обрубить его. Использование щита после этого становилось неудобным, и его приходилось отбрасывать. Если же щит оставался в руках врага, подоспевший легионер наступал на древко застрявшего пилума и оттягивал щит неприятеля вниз, образуя удобную брешь для нанесения удара. Пилум за все время применения подвергался множественным изменениям, однако остался единственным копьем, которое просуществовало в течение всей истории Римской империи.
На фото — негр. Вас не обманывают глаза и это не фотошоп и не результат пластики. Джордж Батерфилд, член нижней палаты Конгресса США, — 100% A black American, как сейчас политкорректно принято называть представителей афроамериканцев.
Вырос он в известной семье в Северной Каролине, мама и папа — негры, рос в негритянской части города, боролся за права чернокожих, но и по сей день он вынужден объяснять людям, что он не белый.
Все дело в том, что с обеих сторон среди его предков были европейцы. И смешение генов дало вот такой интересный, но уже далеко не уникальный результат. Посмотрите внимательно на этот график — на нем представлены результаты генетического анализа нескольких групп (опустим технические подробности) людей, принадлежащих разным расам — в выборку попали китайцы, японцы, негры Нигерии, европейцы и афроамериканцы. Как видим, все расы имеют четкие различия и представители разных рас "кучкуются" вокруг друга на графике, подтверждая идентичность происхождения. И только афроамериканцы размазаны между неграми и белыми, знаменуя собой процесс становления на наших глазах новой расы, которая будет отличаться и от негров, и от европейцев.
И все это в масштабах десятков миллионов людей, вот до чего доводит глобализация
Парочка любопытных цитат из интервью с Гарольдом Рамисом, режиссером и одним из сценаристов "Дня сурка".
Сакс: «День сурка» сразу задумывался как комедия? Я читал, что идея первоначального сценария была несколько иной.
Рамис: Первый вариант, написанный Дэнни Рубином, не предполагал особенного веселья. Но сценарий был очень трогательным. Когда я дочитал его, у меня в глазах стояли слезы. Одним из отличий было то, что, когда мы знакомимся с Филом Коннорсом, он уже живет в одном и том же повторяющимся дне, и тянется это вот уже десять тысяч лет. Об этом рассказывал закадровый текст.
Сакс: Десять тысяч лет? Больше похоже на фильм ужасов, чем на комедию…
Рамис: Первое большое изменение, которое я внес в сценарий при переписывании, заключалось в том, что я решил показать, как Фил Коннорс впервые очутился в ситуации с временной петлей. Я посчитал, что это поможет плавно ввести зрителей в историю… Но Дэнни я пообещал, что оставлю его начало. Я сказал ему: «О да! Начать сразу с середины – это круто! Я не буду это менять. Клянусь!» И, конечно, это оказалось первым, что я поменял в сценарии. Мне показалось, что с точки зрения драматургии, упускать такой важный поворотный пункт – преступление. Как не показать момент, когда герой осознает себя в невероятной ситуации и проходит стадии неверия, дезориентации и замешательства? Жалко было не воспользоваться таким благодарным материалом.
Сакс: В «Сурке» мне очень нравится, что нигде не объясняется, почему Фил Коннорс оказался во временной петле. Просто оказался – и все тут. Это полная противоположность большинству голливудских фильмов, в которых все всегда разжевано.
Рамис: По правде говоря, студия настаивала на объяснении происходящего. И я внес его в сценарий.
Сакс: И в чем там было дело?
Рамис: Предполагалось, что у Фила есть подружка, которая, обозлившись на него, покупает книгу «101 способ произвести магическое заклинание, не тратя ни цента». Потом она произносит некое заклинание, сжигает что-то и разбивает молотком наручные часы Фила.
Сакс: Студия была в восторге?
Рамис: Еще бы. Но потом присматривающего за мной начальника уволили. На его место пришел новый, прочитал сценарий, спрашивает: «А это нам зачем?» «Да ни зачем, – говорю, – огромное вам спасибо». Больше вопрос об объяснении происходящего не поднимался…
Сакс: «День сурка» сразу задумывался как комедия? Я читал, что идея первоначального сценария была несколько иной.
Рамис: Первый вариант, написанный Дэнни Рубином, не предполагал особенного веселья. Но сценарий был очень трогательным. Когда я дочитал его, у меня в глазах стояли слезы. Одним из отличий было то, что, когда мы знакомимся с Филом Коннорсом, он уже живет в одном и том же повторяющимся дне, и тянется это вот уже десять тысяч лет. Об этом рассказывал закадровый текст.
Сакс: Десять тысяч лет? Больше похоже на фильм ужасов, чем на комедию…
Рамис: Первое большое изменение, которое я внес в сценарий при переписывании, заключалось в том, что я решил показать, как Фил Коннорс впервые очутился в ситуации с временной петлей. Я посчитал, что это поможет плавно ввести зрителей в историю… Но Дэнни я пообещал, что оставлю его начало. Я сказал ему: «О да! Начать сразу с середины – это круто! Я не буду это менять. Клянусь!» И, конечно, это оказалось первым, что я поменял в сценарии. Мне показалось, что с точки зрения драматургии, упускать такой важный поворотный пункт – преступление. Как не показать момент, когда герой осознает себя в невероятной ситуации и проходит стадии неверия, дезориентации и замешательства? Жалко было не воспользоваться таким благодарным материалом.
Сакс: В «Сурке» мне очень нравится, что нигде не объясняется, почему Фил Коннорс оказался во временной петле. Просто оказался – и все тут. Это полная противоположность большинству голливудских фильмов, в которых все всегда разжевано.
Рамис: По правде говоря, студия настаивала на объяснении происходящего. И я внес его в сценарий.
Сакс: И в чем там было дело?
Рамис: Предполагалось, что у Фила есть подружка, которая, обозлившись на него, покупает книгу «101 способ произвести магическое заклинание, не тратя ни цента». Потом она произносит некое заклинание, сжигает что-то и разбивает молотком наручные часы Фила.
Сакс: Студия была в восторге?
Рамис: Еще бы. Но потом присматривающего за мной начальника уволили. На его место пришел новый, прочитал сценарий, спрашивает: «А это нам зачем?» «Да ни зачем, – говорю, – огромное вам спасибо». Больше вопрос об объяснении происходящего не поднимался…
В ресторанах японцы не привыкли мыть руки перед едой. Это связано с тем, что в правильных японских ресторанах обязательно приносят осибори — небольшие влажные полотенца для рук и лица. Они бывают и одноразовыми, вроде влажных салфеток, но классическое осибори многоразовое, из ткани. Зимой их подают подогретыми, летом — охлажденными.
Упоминание о них встречаются в произведениях тысячелетней давности, а несколько столетий назад уже в большинстве харчевен и чайных домиков гостей встречали с осибори. Во время Второй мировой войны из–за режима тотальной экономии они исчезали из обихода, но после буквально заполонили общепит. Сейчас они используются настолько широко, что в стране развилась целая индустрия по сдаче осибори ресторанам в аренду.
Обычно осибори подаются свернутыми в форме цилиндра. Последние несколько лет, однако, распространяется мода на складывание из них разнообразных фигурок. Получается довольно симпатично, практически оригами. Вот так.
Упоминание о них встречаются в произведениях тысячелетней давности, а несколько столетий назад уже в большинстве харчевен и чайных домиков гостей встречали с осибори. Во время Второй мировой войны из–за режима тотальной экономии они исчезали из обихода, но после буквально заполонили общепит. Сейчас они используются настолько широко, что в стране развилась целая индустрия по сдаче осибори ресторанам в аренду.
Обычно осибори подаются свернутыми в форме цилиндра. Последние несколько лет, однако, распространяется мода на складывание из них разнообразных фигурок. Получается довольно симпатично, практически оригами. Вот так.
Пернатый пир
( Приглашенные начинают прибывать с 1:15 )
In Ictu Oculi from greta alfaro on Vimeo.
В большом размере.
In Ictu Oculi from greta alfaro on Vimeo.
В большом размере.
«Белые происходят, по словам их собственного ученого Дарвина, от обезьян. Мы же, японцы, происходим от богов.» — говорил генерал Ямасита, имея в виду старые летописи, рассказывающие о том, как потомки небесных богов пришли в Японию и основали тут свое царство.
«Легенда гласит, что однажды у чукчей родился ребенок. Да такой умный, что вся деревня поразилась! Посовещались всем народом, да порешили положить его в байдару и отправить по течению. Так появились японцы.» — как бы оппонирует дёртер.
«У японцев очень серьезные комплексы на тему недостаточной древности своей истории. Палеолитическое население островов — айны, а неолитическое — вытеснившие их корейцы, из которых при помощи переименования получились современные японцы. Это подтверждается массой находок, но японцы принципиально не могут признать такую версию.» — пишет другой.
«Легенда гласит, что однажды у чукчей родился ребенок. Да такой умный, что вся деревня поразилась! Посовещались всем народом, да порешили положить его в байдару и отправить по течению. Так появились японцы.» — как бы оппонирует дёртер.
«У японцев очень серьезные комплексы на тему недостаточной древности своей истории. Палеолитическое население островов — айны, а неолитическое — вытеснившие их корейцы, из которых при помощи переименования получились современные японцы. Это подтверждается массой находок, но японцы принципиально не могут признать такую версию.» — пишет другой.
Вы никогда не задумывались, почему при переходе из одной комнаты в другую мы часто забываем, зачем вообще сюда пришли? Учёные из Университета Нотр–Дам в Индиане, США, нашли ответ на этот вопрос. Оказывается, при прохождении через дверной проём мозг создаёт событийный рубеж, служащий границей деятельности, и как бы сдаёт эпизоды памяти в архив. "Вспомнить решение или действие, состоявшиеся в другом помещении, сложно, поскольку они отнесены мышлением к другой категории" — утверждает профессор Гэбриэл Радвански. Немного на русском.
Если вы угостите японца гречкой, он, скорее всего, попросит добавки и попытается узнать, где эту диковинку можно купить, чтобы увезти с собой. При этом он, наверное, будет озадачен странно знакомым вкусом, но опознать его не сможет, пока вы не произнесете волшебное слово «соба».
Оказывается, гречку японцы едят, еще как! Более того, познакомились с ней они на два тысячелетия раньше нас, а сейчас являются крупнейшим в мире импортером гречихи. Но потребляют они ее сейчас в виде лапши. О том же, что ее можно варить и есть как рис, они не подозревают.
Едят японцы гречневую лапшу, в общем, круглый год, но под Новый год – обязательно. Лапша должна быть длинной, чтобы жизнь у едока тоже получилась длинной. Чавкать можно и даже считается хорошим тоном – этим вы показываете, что лапша вкусная. Лучше всего втянуть ее с шумом в рот, да еще так, что кончик ударил по щеке.
Немного об основных видах лапши в Японии.
Оказывается, гречку японцы едят, еще как! Более того, познакомились с ней они на два тысячелетия раньше нас, а сейчас являются крупнейшим в мире импортером гречихи. Но потребляют они ее сейчас в виде лапши. О том же, что ее можно варить и есть как рис, они не подозревают.
Едят японцы гречневую лапшу, в общем, круглый год, но под Новый год – обязательно. Лапша должна быть длинной, чтобы жизнь у едока тоже получилась длинной. Чавкать можно и даже считается хорошим тоном – этим вы показываете, что лапша вкусная. Лучше всего втянуть ее с шумом в рот, да еще так, что кончик ударил по щеке.
Немного об основных видах лапши в Японии.
Будучи обычным торговцем швейными машинками, своё свободное время Чарльз посвящает разработке метода вызывания дождя искусственным способом. Хетфилд посещает библиотеки, где изучает книги на эту тему, трактаты по метеорологии, физике и химии, и начинает закупать различные химикаты для проведения своих первых опытов.
Уже к 1902 году он создает тайную смесь из 23 химических веществ, которую планирует подвергать испарению в больших оцинкованных поддонах подогреваемых снизу, что, по его словам, должно вызвать осадки в виде дождя. После нескольких удачных экспериментов Хетфилд привлекает в свое предприятие своего младшего брата Пола и начинает зарабатывать, заключая пари на то, что вызовет осадки в течение определенного времени.
Слава о нем начинает быстро распространяться, и несмотря на редкие неудачи, дела у братьев идут хорошо (особенно на юге США).
Апофеозом становится заключение в 1915 году контракта с властями Сан–Диего на сумму 10 000 долларов, если Хетфилд заполнит водохранилище Морена, что в итоге приводит к многодневным ливням и дальнейшему чудовищному наводнению с разрушениями и жертвами, принесшему властям убытки на 3,5 миллиона долларов. Несмотря на последовавшие судебные разбирательства, а также мнение, что наводнение и проделки Хетфилда — случайное совпадение, данная катастрофа послужила хорошей рекламой Хетфилду и его известность только возросла. За всю его карьеру у него было не менее 500 успешных экспериментов.
Весьма примечательно то, что при жизни Хетфилд так и не раскрыл секрет своего химического состава, в итоге перешедший к младшему Хетфилду, который и унес его с собой в могилу.
В созвездии Центавра, в 50 световых годах от нашей планеты, вращается белый карлик BPM 37093. Астрофизики наблюдают за ним с 60–х годов прошлого века не зря — он состоит из углерода огромной плотности. В 2004 году команда исследователей под руководством Антонио Канаана пришла к выводу, что BPM 37093 на 90% кристаллизован т. е. представляет собой алмаз. Это много алмаза, ведь масса этой звезды на 10% больше массы Солнца. Из–за этого за BPM 37093 закрепилось название Люси, в честь песни The Beatles «Lucy In The Sky With Diamonds».
Один из самых насущных жизненных вопросов — каким образом можно много выпивать и не заработать при этом язву желудка? Казалось бы, даже Александр Друзь не в силах ответить на этот вопрос. Но нам в очередной раз на помощь приходят ученые. Команда из итальянца, серба и испанца здорово поиздевалась над мышами и пришла к выводу — кушайте клубнику.
Выяснилось, что положительный эффект от клубники связан не только с ее антиоксидантной мощностью и высоким содержанием фенольных соединений (антоцианов), но и с тем, что она активирует антиоксидантную защиту и ферменты самого организма. Диета богатая клубникой может иметь положительный эффект при предотвращении желудочных заболеваний, связанных с генерацией свободных радикалов или других активных форм кислорода. Эта ягода может замедлить образование язвы желудка у человека.
У тех мышей, которые употребляли 40мг/кг клубники в день, язв желудка было намного меньше.
Помимо приема алкоголя, язву желудка можно заработать приемом нестероидных противовоспалительных препаратов и через бактерии Helicobacter pylori.
Обзорная статья на английском. Исследовательская работа полностью.
Существует еще один способ — не пить много алкоголя. Но мы не ищем легких путей. Daiquiris for everyone!
Выяснилось, что положительный эффект от клубники связан не только с ее антиоксидантной мощностью и высоким содержанием фенольных соединений (антоцианов), но и с тем, что она активирует антиоксидантную защиту и ферменты самого организма. Диета богатая клубникой может иметь положительный эффект при предотвращении желудочных заболеваний, связанных с генерацией свободных радикалов или других активных форм кислорода. Эта ягода может замедлить образование язвы желудка у человека.
У тех мышей, которые употребляли 40мг/кг клубники в день, язв желудка было намного меньше.
Помимо приема алкоголя, язву желудка можно заработать приемом нестероидных противовоспалительных препаратов и через бактерии Helicobacter pylori.
Обзорная статья на английском. Исследовательская работа полностью.
Существует еще один способ — не пить много алкоголя. Но мы не ищем легких путей. Daiquiris for everyone!
Июньским вечером 1903 года в знаменитом лекционном театре Королевского института Лондона воцарилась тишина. Физик Джон Амброз Флеминг занимался настройкой таинственного аппарата, нового чуда техники — беспроводной системы связи на расстоянии, изобретённой его шефом итальянцем Гульельмо Маркони, который в это же самое время готовился отправить сообщение азбукой Морзе, находясь в Корнуолле, что в 300 км от Лондона.
Но тут аппарат — ещё до начала демонстрации — вдруг заработал. Сначала он несколько раз выдал одно и то же слово, а затем — шутливое стихотворение, обвиняющее Маркони в том, что он вешает людям лапшу на уши. Каким образом систему удалось взломать? Кто стал первым в истории хакером? И почему?
Гульельмо Маркони (1874–1937)
Всё началось в 1887 году, когда Генрих Герц доказал существование электромагнитных волн, предсказанных Джеймсом Максвеллом в 1865-м. Разделив конденсатор на два электрода, Герц получил ионизированный воздух в зазоре между ними. Возникла искра. Каким-то чудом другая искра метнулась между электродами в нескольких метрах от первых: электромагнитная волна от первой искры индуцировала ток между второй парой электродов. Это означало, что длинными и короткими всплесками энергии («волнами Герца») можно представить точку и тире азбуки Морзе. Так родился беспроводной телеграф, и Маркони со своей компанией находился в авангарде новой индустрии. Он хвастался в печати, что его устройства позволяют отправлять сообщения на большие расстояния так, что никто, кроме адресата, не в состоянии их получить.
Но за несколько минут до того, как Флеминг должен был принять сообщение из Корнуолла, тишину нарушило тиканье проекционного фонаря театра, с помощью которого лектор показывал слайды. Помощник демонстратора Артур Блок быстро понял, что проектор не просто мигает, а передаёт сообщения азбукой Морзе. Сомнений не было: кто-то поставлял в театр импульсы, которые оказались достаточно сильными, чтобы их смогла принять лампа проектора.
Повторялось слово «вздор». Затем поползли стишки, что-то вроде: «Один человек, итальянец, всех обманул, зас негодяй».
Поток брани прервался за несколько мгновений до поступления сигнала из Корнуолла. Демонстрация прошла нормально, но осадок остался. Все поняли, что беспроводная передача вовсе не так безопасна, как утверждал Маркони. Оказывается, сообщения можно подслушивать!
Маркони, надо думать, был уязвлён (если не сказать больше), но никак не отреагировал на публичное унижение. Учёный избегал скептиков. «Я не буду проводить демонстрацию для тех, кто подвергает систему сомнению», — говаривал он. Флеминг, однако, разразился сердитым письмом в адрес «Таймс». Он назвал случившееся «научным хулиганством» и «поруганием традиций Королевского института» и попросил читателей помочь в поисках виновного.
Ему не пришлось долго ждать. Четыре дня спустя в «Таймс» появился ответ «хакера». Тот не скрывал своего ликования, объясняя выходку необходимостью продемонстрировать публике уязвимость системы. Автором послания был 39-летний Невил Маскелин, профессиональный фокусник.
Он появился на свет в семье изобретателей. Его отец придумал специальный замок для платных туалетов, который открывался, если в него бросить пенни. Ну а сын увлёкся беспроводными технологиями. Он в совершенстве знал азбуку Морзе и применял её в трюках по угадыванию мыслей: помощник скрытно от публики отправлял ему сообщения. Кроме того, он придумал, как с помощью передатчика искры поджечь порох, не прикасаясь к нему. В 1900 году Маскелин отправил несколько беспроводных сообщений между наземной станцией и воздушным шаром, находящимся на 16-километровой высоте. Увы, его амбициям пришлось смириться перед ворохом патентов, которые зарегистрировал ушлый итальянец. Вскоре, однако, представился случай отомстить.
От новой технологии больше остальных должен был пострадать проводной телеграф. Телеграфные компании владели огромными наземными и морскими кабельными сетями, а также целыми флотилиями с опытными специалистами на борту, которые прокладывали и ремонтировали подводные магистрали. Одним из пострадавших должна была оказаться Восточная телеграфная компания, управлявшая узлом коммуникаций Британской империи в приморской деревушке Порткёрно на западе Корнуолла, откуда кабели бежали в Индонезию, Индию, Африку, Южную Америку и Австралию. После того как Маркони с успехом отправил несколько беспроводных сообщений за океан (это случилось 12 декабря 1901 года), компания попросила Маскелина немного пошпионить.
Фокусник воздвиг 50-метровую радиомачту (её остатки сохранились до сих пор) на утёсах к западу от Порткёрно, дабы проверить, можно ли подслушать, какими сообщениями обмениваются берег и суда с помощью «сверхконфиденциальной» системы Маркони. 7 ноября 1902 года в журнале Electrician Маскелин восторженно сообщил о том, что всё прекрасно слышно. Проблема была не в том, чтобы уловить сигналы, а в том, чтобы разобраться в их огромном потоке.
Маркони запатентовал технологию настройки беспроводного передатчика на определённую частоту. Как ни смешно это выглядит сегодня, но тогда казалось, что тем самым можно оградить свои депеши от посторонних. Вероятно, именно г-н Маскелин первым показал, как обстоит дело в действительности.
Установив, что перехват возможен, Маскелин захотел привлечь больше внимания к недочётам технологии и показать публично, что в передачу можно вмешаться. Однажды он с комфортом разместился в близлежащем отцовском мюзик-холле с простым передатчиком и телеграфным ключом. Единственное, чему он тем самым причинил вред, — это самомнение Маркони и Флеминга.
Флеминг на протяжении нескольких недель распинался в печати, пытаясь представить поступок Маскелина преступлением против науки. Последний же парировал тем, что оппонент упускает из виду очевидные факты...
Сегодня ситуация немного другая. Хакеры действительно помогают обнаружить недостатки ПО, но в то же время наносят немалый ущерб. Что ж, ветер не подует — лес не зашумит.
Но тут аппарат — ещё до начала демонстрации — вдруг заработал. Сначала он несколько раз выдал одно и то же слово, а затем — шутливое стихотворение, обвиняющее Маркони в том, что он вешает людям лапшу на уши. Каким образом систему удалось взломать? Кто стал первым в истории хакером? И почему?
Гульельмо Маркони (1874–1937)
Всё началось в 1887 году, когда Генрих Герц доказал существование электромагнитных волн, предсказанных Джеймсом Максвеллом в 1865-м. Разделив конденсатор на два электрода, Герц получил ионизированный воздух в зазоре между ними. Возникла искра. Каким-то чудом другая искра метнулась между электродами в нескольких метрах от первых: электромагнитная волна от первой искры индуцировала ток между второй парой электродов. Это означало, что длинными и короткими всплесками энергии («волнами Герца») можно представить точку и тире азбуки Морзе. Так родился беспроводной телеграф, и Маркони со своей компанией находился в авангарде новой индустрии. Он хвастался в печати, что его устройства позволяют отправлять сообщения на большие расстояния так, что никто, кроме адресата, не в состоянии их получить.
Но за несколько минут до того, как Флеминг должен был принять сообщение из Корнуолла, тишину нарушило тиканье проекционного фонаря театра, с помощью которого лектор показывал слайды. Помощник демонстратора Артур Блок быстро понял, что проектор не просто мигает, а передаёт сообщения азбукой Морзе. Сомнений не было: кто-то поставлял в театр импульсы, которые оказались достаточно сильными, чтобы их смогла принять лампа проектора.
Повторялось слово «вздор». Затем поползли стишки, что-то вроде: «Один человек, итальянец, всех обманул, зас негодяй».
Поток брани прервался за несколько мгновений до поступления сигнала из Корнуолла. Демонстрация прошла нормально, но осадок остался. Все поняли, что беспроводная передача вовсе не так безопасна, как утверждал Маркони. Оказывается, сообщения можно подслушивать!
Маркони, надо думать, был уязвлён (если не сказать больше), но никак не отреагировал на публичное унижение. Учёный избегал скептиков. «Я не буду проводить демонстрацию для тех, кто подвергает систему сомнению», — говаривал он. Флеминг, однако, разразился сердитым письмом в адрес «Таймс». Он назвал случившееся «научным хулиганством» и «поруганием традиций Королевского института» и попросил читателей помочь в поисках виновного.
Ему не пришлось долго ждать. Четыре дня спустя в «Таймс» появился ответ «хакера». Тот не скрывал своего ликования, объясняя выходку необходимостью продемонстрировать публике уязвимость системы. Автором послания был 39-летний Невил Маскелин, профессиональный фокусник.
Он появился на свет в семье изобретателей. Его отец придумал специальный замок для платных туалетов, который открывался, если в него бросить пенни. Ну а сын увлёкся беспроводными технологиями. Он в совершенстве знал азбуку Морзе и применял её в трюках по угадыванию мыслей: помощник скрытно от публики отправлял ему сообщения. Кроме того, он придумал, как с помощью передатчика искры поджечь порох, не прикасаясь к нему. В 1900 году Маскелин отправил несколько беспроводных сообщений между наземной станцией и воздушным шаром, находящимся на 16-километровой высоте. Увы, его амбициям пришлось смириться перед ворохом патентов, которые зарегистрировал ушлый итальянец. Вскоре, однако, представился случай отомстить.
От новой технологии больше остальных должен был пострадать проводной телеграф. Телеграфные компании владели огромными наземными и морскими кабельными сетями, а также целыми флотилиями с опытными специалистами на борту, которые прокладывали и ремонтировали подводные магистрали. Одним из пострадавших должна была оказаться Восточная телеграфная компания, управлявшая узлом коммуникаций Британской империи в приморской деревушке Порткёрно на западе Корнуолла, откуда кабели бежали в Индонезию, Индию, Африку, Южную Америку и Австралию. После того как Маркони с успехом отправил несколько беспроводных сообщений за океан (это случилось 12 декабря 1901 года), компания попросила Маскелина немного пошпионить.
Фокусник воздвиг 50-метровую радиомачту (её остатки сохранились до сих пор) на утёсах к западу от Порткёрно, дабы проверить, можно ли подслушать, какими сообщениями обмениваются берег и суда с помощью «сверхконфиденциальной» системы Маркони. 7 ноября 1902 года в журнале Electrician Маскелин восторженно сообщил о том, что всё прекрасно слышно. Проблема была не в том, чтобы уловить сигналы, а в том, чтобы разобраться в их огромном потоке.
Маркони запатентовал технологию настройки беспроводного передатчика на определённую частоту. Как ни смешно это выглядит сегодня, но тогда казалось, что тем самым можно оградить свои депеши от посторонних. Вероятно, именно г-н Маскелин первым показал, как обстоит дело в действительности.
Установив, что перехват возможен, Маскелин захотел привлечь больше внимания к недочётам технологии и показать публично, что в передачу можно вмешаться. Однажды он с комфортом разместился в близлежащем отцовском мюзик-холле с простым передатчиком и телеграфным ключом. Единственное, чему он тем самым причинил вред, — это самомнение Маркони и Флеминга.
Флеминг на протяжении нескольких недель распинался в печати, пытаясь представить поступок Маскелина преступлением против науки. Последний же парировал тем, что оппонент упускает из виду очевидные факты...
Сегодня ситуация немного другая. Хакеры действительно помогают обнаружить недостатки ПО, но в то же время наносят немалый ущерб. Что ж, ветер не подует — лес не зашумит.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
Начнем с того, что японские острова не всегда были островами. В конце ледникового периода эта земля была частью азиатского материка. Освоена человеком она была давно (минимум 30–40 тысяч лет назад). Виз и границ не было, люди свободно переходили туда, где было больше еды. В этом плане Японии в принципе повезло: зверей в горных лесах было много, рыб в окружающих водах – еще больше. Ее древними обитателями были племена, занимающиеся охотой, собирательством и рыболовством. Земледелия они не знали, из домашних животных у них были только собаки.
Рис. 1. Япония в конце ледникового периода
Внешне они мало походили на современных японцев, а больше напоминали австралийских аборигенов. У них была темная кожа, обильная растительность на теле, волнистые волосы. Когда–то эта раса была широко распространена в Азии и Австралии. Остатки ее генетического наследия (Гаплогруппа D) помимо Японии сохранились, в частности, среди тибетцев и жителей Андаманских островов. Порой их отождествляют с айнами, что не совсем правильно, ибо айны сформировались намного позже (примерно в то время, что и японцы), а среди потомков этих людей не только айны, но и собственно японцы. Назовем их протоайнами, тем более что по своим физическим и культурным характеристиками они все–таки были ближе к айнам. Протоайны были не единственными жителями этих земель. Бродили по ней люди разного происхождения, с древности закладывая пестрый генофонд последующих поколений островитян. Культурный уровень жителей древней Японии был относительно высок. Именно здесь найдены одни из самых древних образцов керамики на Земле.
Рис. 2. Протоайн
В конце плейстоцена климат на планете изменился. Потепление привело к таянию ледниковых щитов и повышению уровня моря. Примерно в 11 тысячелетии до н.э. Япония стала архипелагом. Аналогичные процессы на юге привели к тому, что материк Большая Австралия оказался разделен на Новую Гвинею и Австралию, а образовавшийся маленький континент был изолирован от Юго–Восточной Азии. Это привело к практически полному прекращению контактов местных жителей с соседями и культурному застою. С Японией этого не произошло. Поток поселенцев не остановился, им просто пришлось пользоваться морскими маршрутами.
Рис. 3. Повышение уровня океана в конце ледникового периода
Наиболее важным оказался юго–западный маршрут – оттуда на острова заселялись австронезийцы. Они принадлежали к южной ветви монголоидной расы, а родом были из юго–восточного Китая, откуда вынуждены были мигрировать под напором предков современных китайцев. Австронезийцы были отличными мореходами, кроме того они обладали навыками земледелия (просо) и животноводства (свиньи). Постепенно они освоили практически все острова Юго–Восточной Азии, вытесняя и ассимилируя живущие там народы (часть из которых были дальними родственниками протоайнов). Уже в исторические времена они заселили практически все мало–мальски крупные острова в Тихом океане и даже добрались до Мадагаскара. В Японии они освоили западную часть архипелага, но вытеснить протоайнов с восточной половины им не удалось.
Рис. 4. Победительницы конкурсов красоты – японка и современные потомки австронезийцев (филиппинка, индонезийка)
Кроме того, до островов добирались люди другого происхождения, в частности, из Сибири. В очень небольшом количестве у японцев и айнов обнаружены гаплогруппы, характерные для жителей Европы и даже Америки. На границах этнических контактов народы, населяющие острова, постепенно смешивались. Вместе они относятся к культуре Дзёмон.
Рис. 5. Человек периода Дзёмон
Примерно с 3 в. до н.э. (а то и раньше) на островах начала появляться новая, еще более развитая культура – Яёй. В ее формировании приняли участие несколько волн переселенцев с материка, прибывших на юго–западный остров Кюсю через юг Кореи. Основу их рациона составлял рис, они умели обрабатывать металлы, пользовались гончарным кругом и ткацким станком, строили деревянные укрепления. Как и австронезийцы они были монголоидами, но выше ростом, с более светлой кожей, плоским лицом и более характерным «монголоидным» разрезом глаз. Говорили они на языке, от которого произошли японский (а также окинавский), и который родственен корейскому и (в меньшей степени) тюркским, монгольским, тунгусо–манчжурским языкам.
Рис. 6. Человек периода Яёй
Иногда переселенцев называют корейцами, однако это не вполне корректно. Собственно единая корейская нация (у которой тоже сложная и не до конца ясная история формирования) сложилась позднее. Нет доказательств, что предки поселенцев с запада оформились в единую группу именно на территории Кореи. Кроме того, согласно данным сравнительной лингвистики, разошлись предки японского и корейского языка довольно давно — ориентировочно в 3 тыс. до н.э. Фактически они так же далеки друг от друга, как некоторые группы индоевропейской языковой семьи. По всей видимости, на территории Кореи раньше жили народы, пришедшие туда с северо–запада и говорившие на языках близких к древнеяпонскому. Часть из них переселилась на острова, часть осталась на материке. Впоследствии, когда полуостров объединило королевство Силла, именно на базе его языка (намного более дальнего родственника японского) и культуры шло формирование корейского народа. В любом случае генетически переселенцы были ближе всего к народам, населявшим в то время Корею и Северный Китай.
Рис. 7. Современные представители Китая, Японии и Кореи
Обладавшие более развитой материальной культурой люди Яёй постепенно начали укреплять свои позиции на архипелаге. Сначала они селились на ничейных землях, но постепенно пришлось столкнуться с местными жителями. Борьба с многочисленными соседями не была ни быстрой, ни простой. Главным козырем оказалось заливное рисоводство. Энергетическая ценность риса с единицы площади намного превосходила ценность любых других источников пищи (дичи, рыбы, желудей, просо, гречихи). Кроме того, рис, в отличие от добычи охотников долго хранится. Его запасы снижали риск голодных смертей в неблагополучные времена. Это означало больше людей вообще и воинов в частности.
Рис. 8. Уборка риса в поселении Яёй
Кроме того, люди Яёй использовали более совершенное металлическое (железное и бронзовое) оружие. В результате продвижения племен иммигрантов с материка земли аборигенов завоевывались, сами они либо оттеснялись, либо включались в состав победителей. В итоге культура Яёй с севера Кюсю распространилась на западную часть Хонсю, а также Сикоку. Язык пришельцев с материка, на который сильно повлияли местные австронезийские наречия, стал основной для формирования древнеяпонского языка.
Рис. 9. Воин Яёй
К периоду Яёй относятся первые упоминания о Японии в источниках других стран. Китайские хроники называют местных жителей «людьми Ва» и упоминают о царице одного из местных племен по имени Химико, которая в 3 в. н.э. присылала в Китай послов.
Рис. 10. Царица Химико с приближенными
В конце Яёй правители начали сооружать масштабные погребальные курганы, по имени которых называется следующий период (курганный или по–японски Кофун). В начале курганного периода (3–4 в. н.э.) на первый план среди людей Яёй выдвинулся племенное объединение Ямато. Предки этого племени в свое время пришли в центр Хонсю с запада, частично покорив местные племена, частично заключив с ними союз. Отголоски этого восточного похода сохранились в японских летописях, которые относят его к 660 г. до н.э. и считают, что вождем переселенцев был первый император Дзимму — праправнук богини Солнца Аматэрасу. День восшествия императора на престол до сих пор празднуется в стране как «День основания государства». На самом деле поход мог произойти только намного позже, факт же происхождения представителя хомо сапиенс от божества оставим на совести летописцев.
Рис. 11. Император Дзимму
В любом случае, этот племенной союз постепенно начал покорять архипелаг, побеждая и облагая данью другие племена — как своих родичей, так и потомков людей Дзёмон. Параллельно государство Ямато активно вмешивалось в политическую жизнь раздробленного на несколько царств Корейского полуострова. Островитяне совершали набеги, облагали корейцев данью и даже основали на юге полуострова свои владения. Все это, а также постоянные войны в Китае и Корее способствовали активному притоку в Японию корейских и китайских переселенцев. Обладая более развитой культурой, они оказались востребованы в японском государстве. Среди них было много ремесленников, земледельцев, грамотеев, но и среди аристократов влияние иммигрантов тоже какое–то время было довольно заметным.
Рис. 12. Воины–аристократы Ямато
Постепенно японцев выдавили с Корейского полуострова, и они взялись за соседей по архипелагу. На юго–западе Кюсю были побеждены племена Кумасо – потомки австронезийцев. Та же судьба ожидала северо–восточные племена Эмиси — предков айнов. Те, кто не были уничтожены или оттеснены, влились в состав государства Ямато, которое в 7 веке н.э. приняло заимствованное из китайского языка название Ниппон, что часто не совсем правильно переводится как «Страна восходящего солнца».
Рис. 13. Ямато и соседи
Инородцы уцелели на северо–восточной и юго–западной периферии архипелага, где в средневековье их них сложились народы айнов и окинавцев. В первых преобладал протоайнский компонент, во вторых – австронезийский. Предки окинавцев перешли на древнеяпонский, который примерно за полтора тысячелетия самостоятельного существования превратился в особый язык, мало понятный жителям других японских островов. В их культуре, несмотря на определенную самобытность, преобладали заимствованные из Китая и Японии элементы. В 17 веке Окинава была завоевана, а в 19–м включена в состав Японии.
Рис. 14. Окинавцы
А вот айны долгое время сохраняли и язык, и резко отличную от японцев культуру. Их история – это долгая борьба за место под солнцем, шансов победить в которой у них не было. Они остались охотниками и собирателями, а это значит, что на единицу площади у них могло прокормиться намного меньше людей, чем у рисоводов–японцев. Кроме того, сохранив традиционный уклад жизни, айны зафиксировали свою культурную отсталость от японцев, которые с удовольствием перенимали все передовое и эффективное у окружающих народов. Постепенно разница двух народов в развитии стала напоминать разницу между европейскими колонистами и североамериканскими индейцами. Несмотря на свою свирепость и воинственность, айны оказались вытеснены на Хоккайдо (кроме того, они освоили Сахалин и Курилы). На этом северном острове, где из–за сурового климата рисоводство неэффективно, и куда, соответственно, японцы поначалу не стремились, айны держались довольно долго. В конечном итоге, однако, южные соседи добрались и туда. Сейчас чистых айнов практически не осталось, но их генетическое наследие можно заметить у многих японцев, особенно на северо–востоке страны.
Рис. 14. Айны
Таким образом, пазл японской нации сложился из протоайнов, австронезийцев, протояпонских переселенцев с Корейского полуострова и более поздних корейских и китайских иммигрантов, с небольшими вкраплениями людей из других регионов (в первую очередь, из Сибири). Потомки людей Яёй были доминирующей группой в этом коктейле, поэтому именно их японцы традиционно считают своими предками.